ВАЛЕРИЙ ГАИНА: «Я НИКОГДА НЕ КУПЛЮ ПИРАТСКИЙ ДИСК ЛЮБИМОГО АРТИСТА»

Интервью с легендарным музыкантом.

Gaina

(«Интеллектуальная собственность. Авторское право и смежные права», № 3, 2012)

 

Валерий Гаина, советский и российский рок-музыкант, виртуозный гитарист. В 80-х годах неоднократно признавался лучшим гитаристом в СССР, играющим в стиле рок. С 1988 г. проживал в городе Мюнхене в Германии, где гастролировал с трио «Круиз». Объездил с гастролями 20 европейских стран. В 1990 г. выехал в США, где продолжил заниматься творчеством. Сейчас живет попеременно в Москве и в Лос-Анджелесе. Лидер группы GAiNA.

Понятие «шоу-бизнес» крепко укоренилось в нашем сознании. Тонкости этого мира красок и огней легко доступны профессионалам: менеджерам, продюсерам, артистам. У российского обывателя данное понятие ассоциируется с огромными заработками доморощенных звезд, криминалом и пиратством. А что мы знаем про западный шоу-бизнес? Практически ничего. Конечно, именитые зарубежные исполнители у всех на виду. Но как работает эта шоу-машина, каковы принципы взаимоотношений зарубежных исполнителей, чем отличается, с точки зрения авторского права, европейская и американская развлекательная индустрия от российской, как регламентируется? За разъяснениями мы обратились к легендарному музыканту, основателю популярной в конце 80-х годов группы «Круиз», композитору, гитаристу, продюсеру Валерию Гаине, ныне проживающему в Лос-Анджелесе. За рубежом Валерий известен как основатель и участник групп Gain, Karma и iNsulated. Много работал в Канаде и Германии. Имеет звукозаписывающую студию, успешно занимается продюсированием исполнителей в Америке, преподает в известном институте G.I.T. (Guitar Institute of Technology).


– Валерий, как давно вы живете за рубежом?

– Я выехал в США в октябре 1989 г. с музыкантами моего сольного проекта «Gain». Мы приехали на запись пластинки в город Нэшвилл, после чего я решил остаться в Штатах.

 

– Сегодня в России шоу-бизнес стремительно развивается. Однако контракты между артистами, продюсерами, композиторами и студиями звукозаписи заключаются редко и обычно на крайне невыгодных для артиста условиях. В основном все решают устные договоренности. Это порождает проблемы, когда артист становится успешным и получает прибыль. Как в Америке строятся отношения между творческими единицами и студиями?

– В Америке отношения между группой (или отдельным артистом) и звукозаписывающей компанией в большей степени зависят от контракта. Если артист, начинающий карьеру с нуля, сумел заинтересовать компанию звукозаписи, то стороны подписывают стандартный контракт, на основании которого и делается бюджет, как правило, в пределах $250–500 тыс. Половина суммы идет на «раскрутку». Остальное – выплачивается артисту в качестве аванса, который должен окупиться с началом продажи CD.

Прежде чем подписать контракт, исполнитель нанимает адвоката, который оговаривает наиболее выгодные для артиста условия. И компания грамзаписи застраховывает себя различными условиями. Первоначальный вариант контракта может претерпеть значительные изменения.

Если звукозаписывающая фирма приглашает к сотрудничеству популярного артиста, но его записи выходили небольшим тиражом в другой компании, в этом случае составляется очень детальный договор. Сумма контракта может колебаться от 1 до $10 млн, и его стоимость будет равна стоимости самого артиста, даже при расторжении контракта он не будет возвращать деньги. Чем объяснить такой риск со стороны звукозаписывающей фирмы? Большими гарантиями в успехе, известностью и популярностью артиста. Пример такой ситуации – американская группа Anthrax. После нескольких успешных лет работы на независимой фирме звукозаписи группа получила предложение от крупной фирмы Electra с контрактом стоимостью $9 млн. Через некоторое время, после того как Anthrax уже стал работать на Electra, продажи альбомов резко сократились. В итоге фирма решила расторгнуть контракт. Но это было для Electra выгоднее, чем продолжать работать с группой и тратить средства на бесперспективный проект.

Устных договоренностей в Америке не существует. Для музыкантов и звукозаписывающих компаний контракт – важный, основополагающий юридический документ. Часто бывает, что музыканты и компания выясняют отношения в судах. За многолетнюю практику судопроизводства эти отношения отшлифовались и преобразовались в более-менее честную правовую систему отношений между бизнесменом и творцом. Но идеальных отношений в этом не существует, т. к. главным фактором в ведении любого бизнеса являются люди, а у каждого человека свои взгляды на жизнь и бизнес. Бывает, что и законы не помогают. Могу привести несколь ко примеров проблемных отношений артиста и компании.

1. Компания начинает диктовать артисту свои условия процесса работы, а артист не соглашается с этим.

2. Компания заключила контракты с большим количеством артистов. При этом она перестает справляться с продвижением всех артистов одновременно. В итоге либо артист расторгает контракт с фирмой, либо фирма оставляет у себя наиболее успешных исполнителей, отказывая в продолжении работы менее удачным музыкантам.

3. Артист считает, что компания недостаточно раскручивает его или группу.

4. Компания звукозаписи пытается изменить музыкальную концепцию группы или артиста. Так, в 1989 г. группа «Круиз» должна была записать вторую пластинку на немецком отделении фирмы WEA, но нам пришлось столкнуться с тем, что менеджмент компании стал требовать от нас запись не в музыкальной стилистике российской группы «Круиз», а материал, похожий на музыку группы Scorpions. Нам пришлось отказаться от этой записи и пластинки. И такой список можно долго продолжать.

 

– Как осуществляются расчеты между фирмами и артистами? В России зачастую деньги передаются из рук в руки, без какого-либо официального контроля.

– Все гонорары артистам компания перечисляет через банки. Ведь только таким образом звукозапи сывающая фирма может легализировать свои расходы. Успешный артист получает в среднем от 2 до $4 с проданной пластинки. Но большинство артистов зарабатывают деньги гастролями. В связи с пиратством и распространением музыки через Интернет продажа пластинок существенно сократилась. Сейчас стали принимать новые меры борьбы с пиратством, вплоть до того, что люди, скачивающие музыку в Интернете без оплаты, будут привлекаться к суду. Крупные фирмы пытаются найти пути сотрудничества даже с компьютерными хакерами, которые, на их взгляд, должны помочь решить проблему бесплатного скачивания музыки из Сети.

 

– Каждый ли артист имеет своего адвоката?

– Хороший менеджер группы или артиста может являться центральной фигурой всех отношений как внутри группы, так и вокруг всего, что связано с исполнителем. В Америке очень распространена ситуация, когда исполнителю адвокат не нужен, потому что все вопросы решает менеджер. Но такое происходит только у состоявшихся, популярных исполнителей, в арсенале которых большой опыт и высокий бюджет. А если лойеры и понадобятся, то нанимается уже не один, а несколько адвокатов.

 

– Споры музыкантов и артистов между собой и с продюсерскими и записывающими компаниями нередки. Расскажите о какой-нибудь громкой судебной тяжбе.

– Как только дела в бизнесе хоть немного дают сбой, все начинают судиться друг с другом. Поэтому грамотно оформленный договор служит залогом безопасности ведения дел в бизнесе. Примеров масса. Музыканты группы Credence Clearwater Revival более десяти лет потратили на судебные тяжбы между собой, и теперь лидер коллектива Том Фогерти не общается с остальными членами группы. Или, скажем, ситуация с Pink Floyd. Менеджмент и музыканты этой группы не хотят осознать, что уход из группы Роджера Уотерса обессилил коллектив. Обе стороны заняты многолетним разбирательством на право владения названием группы.

Натали Имбруглия начала судебное разбирательство со своей компанией звукозаписи после успешной, восьмимиллионной продажи своей пластинки. Но компания не заплатила певице ни цента, оправдывая свои действия тем, что на раскрутку этого альбома были потрачены более солидные суммы, чем на гонорар. Иногда бывает и так: сумма вложенных в артиста средств не окупается даже многомиллионным тиражом проданной пластинки. Но не является исключением и то, что компания звукозаписи может потратить большую сумму на бездарный промоушен артиста, в том числе и деньги самого исполнителя.

 

– Вам доводилось участвовать в судебных баталиях?

– Мне за все время пребывания здесь, к счастью, не пришлось ни с кем судиться. Но это не означает, что в американском периоде жизни все было гладко. Моя группа Karma распалась перед началом нашего большого успеха, виной тому – отношения музыкантов внутри коллектива. Основной причиной распада была, наверное, большая разница в возрасте музыкантов. Мне было 32 года, остальным участникам 20–23 года. А нашему барабанщику – 16 лет. Сейчас этот парень играет у известной поп-исполнительницы Pink, а тогда родители запретили ему начинать карьеру музыканта. Или возьмем тот же «Круиз». Десять лет деятельности группы – десять лет борьбы за существование, конфликтов с Министерством культуры СССР, выяснения отношений внутри коллектива.

Не так давно мне позвонил Александр Монин (вокалист сегодняшнего состава группы) и сообщил, что нынешний состав теперь является законной группой «Круиз», – на тот случай, если я соберусь реформировать свой состав «Круиза». Это странно, как и то, что в России сейчас происходит в отношении авторских прав. Ведь перед тем, как выехать на запись пластинки в Германию еще в конце 80-х я зарегистрировал название группы на свое имя. А теперь получается, что по российским законам не имею на название никаких прав? А как же тиражи наших пластинок, вышедших под названием «Круиз»? Чем объяснить появление нашего нового компакт-диска в продаже у пиратов на музыкальном рынке «Горбушкин Двор» в Москве? Мы ведь выпустили ограниченный тираж этого диска, который разослали только лишь на радиостанции и в музыкальные издательства, в свободную продажу он не поступал.

Я слежу за событиями в России, и, по моему мнению, Закон о защите авторских прав у вас не действует. Правительство говорит об этом часто, принимает очередные нормативные акты, направленные на борьбу с пиратством, но воз и ныне там. Я никогда не куплю пиратский диск любимого артиста, пусть даже он будет очень качественный и дешевый. Потому что хочу, чтобы данный исполнитель продолжал творить. И он должен получать за это деньги.

 

– Известно, что вышедший еще в СССР на фирме «Мелодия» диск группы «Круиз» в 1986 г. был продан тиражом более 12 млн экземпляров. Если бы пластинка была распродана таким же тиражом на Западе, вы стали бы хорошо обеспеченным человеком. А как «Мелодия» расплатилась с вами?

– Если бы мы продали такое количество пластинок в Америке, а не в СССР, то обеспечили бы и себя, и своих детей пожизненно. Но в Советском Союзе на серьезный гонорар от продажи пластинки не рассчитывал ни один музыкант. Мы получили от «Мелодии» копейки. На эту сумму нельзя было купить даже приличную гитару. Более того, фирма «Межкнига», являвшаяся посредником в контракте «Круиза» и WEA Music на выпуск нашего альбома в Германии, и вовсе не заплатила нам ничего, хотя и получила с немцев 80 тыс. марок, которые по всем законам должны были принадлежать музыкантам. Деньгина жизнь мы зарабатывали живыми концертами и были счастливыми людьми. В отличие от многих наших коллег мы занимались любимым делом, играли то, что хотели. И не размышляли о музыкальном бизнесе – мы просто были хорошими музыкантами популярной группы «Круиз».

 

Беседовал Сергей Иринархов.

Редакция выражает благодарность Игорю Чехову за организацию интервью, а также http://bestlawyers.ru/ за предоставленный материал.

Pismo