ИОСИФ ПРИГОЖИН И ВАЛЕРИЯ: ШОУ-БИЗНЕС ДОЛЖЕН БЫТЬ РАЗНЫМ

valeriab

(«ИС. Авторское право и смежные права», № 1, 2005)

 

Начиная с этого номера мы возвращаемся к старой традиции публиковать интервью с известными людьми творческих профессий, в которых будут затронуты вопросы, тесно связанные с тематикой нашего журнала. Сегодня мы предлагаем Вашему вниманию интервью с известной певицей Валерией, которая после длительного перерыва нашла в себе силы вернуться на сцену. В апреле 2003 г. она подписала контракт с известным продюсером Иосифом Пригожиным и его компанией «НОКС Мьюзик». Иосиф Пригожин, наш второй собеседник, – один из ведущих российских продюсеров, доктор искусствоведения, профессор Международной академии наук и искусств, обладатель наиболее значимых и весомых наград в области шоу-бизнеса, президент группы компаний «НОКС» (Национальное объединение культурных сообществ). Компания «НОКС Мьюзик» сотрудничает с такими известными артистами, как Кристина Орбакайте, Валерия, Авраам Руссо. В свое время с «НОКС Мьюзик» работали Вахтанг Кикабидзе, Николай Носков, Александр Маршал, Андрей Макаревич, Алексей Глызин, Алена Свиридова, Маша Распутина, группы «A-Студио», «Квартал», а также многие другие исполнители.

 

– Большинство начинающих авторов и исполнителей не перестают задаваться вопросом: первый шаг в шоу-бизнес – каким он должен быть?

– В.: Мне кажется, начинать надо с овладения навыками своей профессии. Недостаточно одного желания быть известным и популярным. Когда уже чувствуешь определенный запас прочности, умения, мастерства, необходимо найти фирму грамзаписи и заинтересовать профессионалов – продюсеров, авторов, менеджеров. Тобой должны захотеть заниматься. Один человек не в состоянии сам себя продвигать, каким бы талантливым он не был. Так что если говорить о первом шаге, наверное, он должен быть именно таким: сначала надо научиться что-то делать, а уже потом с тем, что ты умеешь, обращаться к профессионалам.

 

– Появляется новая «звезда» – талантливый перспективный человек с большим потенциалом. Открывшие талант продюсер или рекорд-компания, потратившие время и средства на создание музыкального материала и имиджа для него, наверняка, в большинстве случаев опасаются, что их «детище», обретя уверенность, захочет перемен, откажется от своих первых учителей на музыкальном Олимпе. Используют ли продюсеры и звукозаписывающие компании какие-либо правовые средства, чтобы удержать молодые таланты? Вообще, насколько свойственен современному шоу-бизнесу принцип «найти и удержать»?

– И. П.: Это как и любой другой бизнес – когда ты вкладываешь деньги или время, хочешь получить гарантии. Ведь если Вы инвестируете средства, скажем, в недвижимость или автомобиль, то это уже принадлежит Вам или компании, которая инвестирует. Дальше, если исполнитель решил больше не работать совместно (а здесь обычно срабатывает человеческий фактор), он должен озвучить свою позицию, заплатить «отступные» (упущенную выгоду) продюсеру или компании и спокойно продолжить карьеру самостоятельно.

Что касается правовых средств, то, я думаю, сегодня мы научились создавать такую контрактную систему, в которой наши обязательства на 100% должны быть выполнены.

– В.: Мне кажется, что «от добра добра не ищут». Если попадаешь в «честные руки», нормальную компанию, которую волнуют не только собственные интересы, но и интересы артиста, если это взаимовыгодное сотрудничество, то никто не побежит искать что-то лучшее.

Конечно, бывают и такие компании, которые изначально «обирают» начинающего артиста и считают, что он должен почитать за счастье появиться на экране. Именно поэтому нередки ситуации, когда артист начинает становиться популярным, его начинают узнавать, но при этом он абсолютно бесправен и ничего не имеет. Нет ни материальной базы, ни права голоса, ни права самостоятельного творчества. Естественно, такое положение перестает его устраивать, и у него появляется желание расторгнуть контракт с этой компанией. Главное – найти «правильную» компанию.

 

– Как Вы считаете, сцена расставания «звезды» и ее «первооткрывателя» – в большинстве случаев конфликт? Можете ли Вы дать какие-то рекомендации, как сделать это безболезненно для обеих сторон отношений, независимо от того, чьим решением было расстаться?

– И. П.: Сначала мы артиста «создаем», а потом «обслуживаем». Безболезненное расставание – это как у мужчины с женщиной – встречаются, влюбляются, женятся, но со временем, изменившись, решают расстаться. Только одни делают это по-хорошему, а другие – конфликтуя. Здесь важен человеческий фактор – насколько человек корыстен. Какова его цель – обогатиться или все-таки создать себе условия для перспективного развития.

 

– Валерия, чьи произведения Вы исполняете, скажем, более ответственно: свои или написанные другими авторами? Важно ли исполнителю быть в хороших отношениях с авторами исполняемых произведений?

– В.: Поскольку я сама песен не пишу, то исполняю песни, написанные другими авторами. К работе я подхожу очень ответственно и делаю все от души. Поэтому все песни считаю своими. Ведь если бы их спел кто-то другой, они были бы однозначно другими. В них – моя душа, манера исполнения, они – мои. Большая часть зрителей даже не знает авторов исполняемых мною песен, несмотря на то, что я всячески пропагандирую их творчество. Можно быть с автором и в нейтральных отношениях. Например, имели место случаи, когда знакомство с автором было очень поверхностным: передали кассету, познакомились, поблагодарили за песню, решили финансовые вопросы, подписали договоры – и все.

 

– Предположим, исполнителю не нравится его репертуар. Он не хочет исполнять какое-то произведение либо хочет в нем что-то изменить. Как Вы поступаете в таких случаях?

– В.: Я такие вещи просто не исполняю. Если речь идет о 15-летнем исполнителе (сейчас шоу-бизнес помолодел), то мнение начинающего артиста нужно все же выслушать. Но все-таки решающее слово – за продюсером, менеджерами. Это люди более опытные, они понимают, что делают, хорошо в этом разбираются. С опытными артистами ситуация похожая, но к их мастерству, профессионализму, пожалуй, большая степень доверия. И все же взгляд со стороны зачастую очень полезен.

 

– А бывает, что автор предъявляет какие-то специфические требования к исполнению своего произведения?

– В.: У меня такого не бывает. У меня абсолютное взаимопонимание с авторами, с которыми я работаю.

– И. П.: У нас технология такая: Валерия не получает песен, пока я их не «протестирую». Я получаю песню и слушаю. Продюсер должен чувствовать артиста – какие песни «его». Поэтому я изначально знаю, что может подойти Лере, а что – нет. Когда я пойму,как будет жить та или иная песня, какое у нее будущее, ее слушает артист.

В мировой практике «исполнитель автора не ищет». Мы перешли на «цивилизованные рельсы» – есть рекорд-компании, продюсерские центры, которые изначально формируют и создают репертуар. Или авторские общества, которые присылают в рекорд-компании для наших исполнителей произведения, а мы уже принимаем решение – подходит нам это или нет. Иногда авторы сами выбирают себе исполнителя и агитируют, чтобы именно он спел конкретную песню. Но никто никого не заставляет – это точно.

 

– Иосиф, в Вашей книге «Политика – вершина шоу-бизнеса» большое внимание уделено вопросам регламентации отношений с авторами, исполнителями, другими участниками музыкального проекта. Как Вы считаете, сегодня в сфере шоу бизнеса больше ценятся хорошие личностные отношения или правильно составленный договор?

– И. П.: Издревле на Руси слово было гораздо важнее. Но, я думаю, это должна быть совокупность личностных отношений с подкреплением договором.

 

– Что такое «продюсерский проект» и насколько эта форма музыкальных проектов распространена в российском шоу-бизнесе? Имеются ли какие-то существенные отличия в регламентации отношений сторон при создании чисто продюсерского проекта по сравнению с отношениями по продюсированию уже сформировавшегося исполнителя (коллектива исполнителей)?

– И. П.: Есть, образно говоря, «пластмассовые проекты», которые созданы от начала и до конца продюсером, а от артиста нет ничего вообще. От него ничего не исходит – это искусственно созданный проект, как «из пробирки». Он отработает некоторое время, принесет продюсеру деньги, а дальше у него никакого будущего нет. А есть исполнители фундаментального плана, такие, как Алла Пугачева, Валерий Леонтьев, Филипп Киркоров, Валерий Меладзе, Валерия или Кристина Орбакайте, которые абсолютно понятны, уже сформированы как личности.

 

– В зарубежных контрактах принято детально прописывать не только вопросы, касающиеся работы в студии и на концертах. Участникам музыкальных проектов предписывается соблюдать определенный режим, заниматься спортом, не делать того-то, не ходить туда-то и т. д. Нужны ли такие условия и насколько в этом плане лояльнее отношения в российском шоу-бизнесе?

– И. П.: В доме на «Фабрике звезд» действуют именно такие жесткие условия. Что же касается наших с Валерией отношений, то здесь все наоборот – она меня заставляет заниматься спортом. Она – абсолютно дисциплинированный, ответственный и организованный человек и понимает, как надо выглядеть артисту, что он должен делать, а что – нет. Ведь артист, которого показывают по телевидению, несет культуру в массы. Он должен быть образцом для подражания.

Конечно, не могут все быть худыми и красивыми. Главное – нужно найти изюминку. И если у артиста есть какие-то недостатки, их можно превратить в достоинства.

– В.: Мне кажется, артисты должны быть разными. Кто сказал, что все должны быть худыми и иметь параметры 90х60х90...? Так же скучно жить! Посмотрите на моделей – одно и то же, лица не запоминаются, они все одинаковые. Не надо, чтобы так было и в шоу-бизнесе. Сегодняшняя «Фабрика» – яркий пример: есть и «пигалица», настолько маленькая, что таких просто не бывает, и «пампушка» с широко распахнутыми глазами, тоже вроде бы не вписывающаяся в сегодняшние представления о поп-звезде. А почему бы и нет? Главное – это личность. Важно, что несет в себе артист, с какой энергетикой выходит на сцену! А обыграть внешние данные можно всегда, если этим вопросом занимаются профессионалы.

 

Беседовала Н. Льянова

Pismo