«Я РОС НА НАРОДНОЙ МУЗЫКЕ… НАРОДНАЯ МУЗЫКА – ОСНОВА ВСЕГО. ЭТО ВПИТАНО С МОЛОКОМ МАТЕРИ…»

Интервью с Валерием Кипеловым

Kipelov 

(«Интеллектуальная собственность. Авторское право и смежные права», № 4, 2015)

 

Музыкант Валерий Кипелов и одноименная группа – крайне интересны для изучения со стороны специалистов от авторского права, юристов в области интеллектуальной собственности. «Ария» приобрела популярность в 80-е годы, и до сих пор «арийцы», как и группа «Кипелов», остаются стадионными коллективами. Тем не менее отечественные рок-группы со схожим путем успеха совершенно не похожи на них: все они строятся вокруг персоны автора-исполнителя, будь то Шевчук и ДДТ, Кинчев и «Алиса», Гребенщиков, и даже покойный Виктор Цой. У «Арии» же, как теперь и в группе «Кипелов», совершенно иной путь: они всегда были конгломератом творческих личностей – музыкантов, поэтов и, конечно же, Вокалиста с большой буквы. Именно поэтому правовое построение отношений внутри и вокруг флагманского коллектива отечественной метал-сцены так интересно.

 

– Валерий, здравствуйте! Скоро уже 15 лет, как вы ушли из группы «Ария». Теперь, когда вы возглавляете группу имени себя, проблем с названием коллектива возникнуть не может ни при каких обстоятельствах. А тогда, в 2002 году, была ли у вас возможность оставить название «Ария» за собой? Какие-то соглашения регулировали возможность вашего ухода из группы? По многочисленным слухам, бродившим в то время как в прессе, так и в тусовке, «Ария» должна была достаться вам, в то время как группа Дубинина и Холстинина могла бы называться, например, «Химера». Защищено ли название «Кипелов» сейчас каким-то образом?

– Да, название «Кипелов» и логотип сейчас защищены. А в то время я был далек от юридических тонкостей, тяжело было отбросить мысль, что я больше в этом коллективе работать не буду. Мы полагались на джентльменские договоренности с нашими коллегами и, насколько я знал, название «Ария» было зарегистрировано на отдельное ООО, и нас было пять участников и директор. Но в момент разрыва и ухода трех участников группы «Ария» никто не претендовал на название «Ария», и мы понимали, что «Ария» – это нечто большее, чем три участника. Да и большая часть песен была написана оставшимися двумя участниками коллектива. Но, по правде говоря, «Ария» – это вот те пять музыкантов коллектива. Каждый из нас внес свою лепту…

Да, на тот момент они перерегистрировали название «Ария» на себя. Мы в свою очередь тоже долго переживать не стали и начали работать. Ну а время все расставило на свои места.

– Первые предпосылки к расставанию с «Арией» стали появляться еще в середине 90-х, если верить истории группы. Вы же уходили уже в 1994 году, и альбом «Ночь короче дня» начал записывать Алексей Булгаков. Опять же, по слухам, не последнюю роль в вашем возвращении в «Арию» сыграл Александр Морозов (Moroz Records), который пригрозил разрывом контрактов с группой. Действительно ли тогда имела такое значение правовая сторона вопроса?

– У нас был определенный конфликт после поездки в Германию в 1994 году, в основном, между мной и В. Холстининым. Я не собирался никуда уходить, ему, видимо, не понравились мои какие-то самостоятельные шаги. В то время было сложное финансовое положение, и я работал по клубам с группой «Мастер». Это был временный проект, группа «Мастер» на тот момент не имела вокалиста. Все свои обязательства с «Арией» я выполнял, и мы тогда даже решили работать над новым альбомом. Но тут был приглашен А. Булгаков. Алексей был лидером группы «Легион» и выстраивать новые отношения оказалось непросто – по-видимому, они просто зашли в тупик достаточно быстро.

Был ли на самом деле такой договор с Морозовым, я не знаю, мне об этом сообщил В. Холстинин, сказав, что компания не хочет выпускать альбом с другим вокалистом. Таким образом, наши отношения вошли в новую фазу и продлились до 2002 года, чему я в общем был рад.

Я слышал некоторые композиции с вокалом А. Булгакова, и что-то мне нравилось, слышал саму песню «Ночь короче дня…».

Могу только сказать, что я на тот момент никуда уходить не собирался. Это была совершенно другая ситуация, нежели та, которая возникла в 2002 году.

– Насколько вообще на начальном пути вашей метал-карьеры (1985–95 годы) договорные обязательства влияли на судьбу артистов? Правда ли, что «Мелодия» продавала миллионными тиражами ваши пластинки, не платя ни копейки «арийцам»? Каким образом в то время строились ваши отношения с продюсером «Арии» В.Я. Векштейном?

– Векштейн был художественным руководителем, мы работали в Москонцерте и получали свою фиксированную ставку. Года с 88-го ситуация поменялась, ставки были аннулированы, и мы работали свои коммерческие концерты. Оплата за концерт обсуждалась с Векштейном и уже с ним решались эти вопросы.

Это был период, когда не было особых договоров, подписей, и даже об авторских мы тогда не рассуждали. Нас особо не волновало, чья песня, – юридическая сторона вопроса возникла уже чуть позже, когда мы начали подписывать договоры на выпуск СD. И, конечно, мы юридически на тот момент не были до конца готовы к правовым отношениям, поначалу возникали некоторые проблемы.

Что касается «Мелодии», то это был некий прорыв, когда на виниле издается диск metal-команды. Позже вышел и следующий альбом… Для нас это было определенной победой – выпуск альбома металлической команды и на виниле, и на «Мелодии».

Конечно, особых денег тогда мы не получили, но нас это мало волновало. Выход альбома на виниле уже говорил о статусе группы.

– Вернемся в середину 90-х. С ушедшим в 1995 г. из «Арии» гитаристом Сергеем Мавриным вы записали сольный альбом «Смутное время», на котором впервые прозвучал главный хит всех времен и народов «Я свободен». Расскажите историю создания этого альбома. Почему эти песни не попали в репертуар «Арии»? Кто не разглядел их потенциал? Не было ли у вас правовых ограничений для выпуска сольной пластинки в то время, как вы являлись действующим вокалистом «Арии»?

– Песня «Я свободен» не то чтобы не была замечена… Наверное, она выделялась в альбоме, по крайней мере для меня, но мы не думали, что эта песня станет хитом и прочее.

Я не навязывал эту песню для исполнения в группе «Ария», мы даже почти не говорили об этом, тем более что у «Арии» много своих песен, более лиричных… По результатам совместной работы нам с Сергеем просто хотелось сделать что-то самостоятельное, итогом этой работы стал альбом, вышедший в 1997 году. Чем-то мы довольны, чем-то нет, наверное, некоторые вещи сейчас слушать смешно с позиции лет… Я думаю, что тогда и был заложен первый камень, который положил начало группе «Кипелов».

– В ваших группах, что в «Арии», что в «Кипелове», песни пишут все, кроме барабанщика. Каким образом определяется, чьи композиции группа принимает в работу, а какие откладываются на потом?

– Все решается коллегиально, кто бы что ни принес, мы стараемся вместе работать. Единственное могу сказать, что у нас происходит не так, как у некоторых западных команд, когда из 80 песен, представленных для альбома, выбирается только 10. У нас столько песен приносят, сколько в альбом и нужно.

Все решаем сами, главное, чтобы это было выдержано в стилистике группы. Что касается барабанщика, то, да, он не сочиняет песен, но у него есть масса других достоинств, и мы совершенно нормально к этому относимся. Конечно, если бы он сочинял, было бы здорово, но, тем не менее, он участвует в творческом процессе, что-то предлагает…

– Из-под вашего пера в «Арии» выходили в основном баллады, однако сольная работа представила вас прекрасным композитором и боевых треков. Почему же такая особенность была в «Арии»? Это был заказ аудитории или невозможность написать балладу другими участниками группы?

– Трудно сказать… наверное, это зависит от периодов в жизни. В «Арии» в основном, писали Грановский, Большаков, Холстинин, Дубинин, я иногда писал, но до «Арии» я вообще не сочинял песен, скажем, работая в «Лейся, песня!». Спустя какое-то время, как говорится, жизнь заставила, и я уже пробовал свои силы в написании не только баллад, но и «боевиков». Наверное, я набирался опыта…

– Авторами песни «Возьми моё сердце» значатся все участники «Арии», кроме барабанщика. И это не единственный случай. Как определяется авторство песен в «Кипелове», в «Арии» тех лет, когда все музыканты вкладываются в создание трека? Ведь гитарист может придумать вступительный рифф, соло и т.д., но при этом вокальная мелодия и гармония придумана вами. Между соавторами заключаются какие-то соглашения для дальнейшего определения дохода? Варьируется ли этот доход от вклада каждого соавтора в песню?

– Исторически, еще со времен «Арии», у нас как-то сложилось, что авторство принадлежит тому, кто сочинил мелодию и гармонию… А что касается риффа или аранжировки, то это тоже очень важно и иногда это делает свое дело… Но вот у нас сложилось так. В основном, все остальное делаем вместе, правда, бывает по-разному, но тем не менее у нас так.

– Из-за большого количества авторов исполняемого вами материала (как музыки, так и текстов) не возникало когда-либо сложностей с живым исполнением тех или иных песен? Одно время говорили, что в концертные альбомы не удавалось включить некоторые песни пера А. Большакова («Встань, страх преодолей», «Воля и разум»).

– Были какие-то проблемы с авторством при выпуске, но что касается концертного исполнения, то с этим проще – указываешь автора, и можно исполнять…

Есть, например, песня «Беспечный ангел», музыка к которой была написана группой Golden Earing, с ней тоже возникали проблемы при выпуске…

– «Кипелов» славится своим исполнением народных песен, как в тяжелой обработке, так и с народными ансамблями. Откуда увлечение подобной музыкой? Ожидать ли аудитории новых треков в таком ключе?

– Я рос на народной музыке, дома у меня всегда играл патефон и звучали Шаляпин, С. Лемешев, Русланова. Это было впитано с молоком матери, семья у меня поющая, песни звучали всегда и везде. А я вставал на табуреточку и пел для гостей русские народные песни. Всегда есть чему поучиться у народа. Народная музыка – это основа всего. И кстати, «Косово поле» – новая наша песня, ведь многие подумали, что это какая-то народная песня. Это неплохо, и любовь к народному творчеству останется со мной до конца моих дней.

– Кроме народных песен в рамках группы «Кипелов» можно услышать и кавер-версии западных рок-хитов. У вас был опыт работы в клубном проекте «Назад в будущее» в 90-х, где также исполнялись каверы. А «Ария» в 99-м году приобрела новую жизнь и стадионы новых поклонников с кавером «Беспечный ангел». Как вы в целом относитесь к исполнению песен других артистов, ведется ли какая-то правовая работа в этом направлении? Обусловлен ли выбор тех или иных каверов возможностью «очистки» прав на исходный трек для работы?

– Ну вот уже упоминалась песня «Беспечный ангел», она перешла к нам по наследству и исполняют ее и «Ария», и «Кипелов», и С. Маврин и, возможно, С. Терентьев. А что касается каверов, то крайне редко мы исполняем их, скорее, как исключение, либо это связано с «зелеными концертами», либо еще какой-то особый случай.

Был в свое время проект «Назад в будущее», исполнялись каверы, никаких проблем с авторством не возникало…

– Ваш преемник по «Арии» Артур Беркут был вовлечен в судебные тяжбы из-за сольного исполнения «арийских» песен, по сути, каверов. Вы не сталкивались с подобными инцидентами?

– Нет, со мной никто на эту тему не судился, если возникают вопросы, то у нас есть такая негласная договоренность, и мы стараемся не исполнять песни, которые нам не принадлежат. Бывают случаи, когда песня принадлежит двум авторам: одному – участнику группы «Ария», другому – участнику группы «Кипелов», но до судов у нас дело никогда не доходило.

– Валерий Кипелов известен как серьезный артист, который не участвует в проектах, которые ему не близки. В то же время вас нельзя назвать и затворником: дуэты с Галаниным, Тарьей Турунен, участие в проекте Маргариты Пушкиной «Династия посвященных». Каким-то образом вы привлекаете юристов при участии в этих проектах? Договоры с соисполнителями, контроль качества и за продвижением фонограмм?

– Это также является исключением – все эти совместные выступления, что касается, например Тарьи, то каких-либо особых договоров мы не подписывали, а то, что спели вместе, я рад.

Что касается Сергея, то это было сделано по дружбе, как жест доброй воли, никаких денег и договоров. Не всегда в этом процессе участвуют деньги, обязательства.

С группой «ПикНик» я также исполнял эти песни добровольно, по собственному желанию и без привлечения юристов.

– На каком основании строится ваше сотрудничество с ФК «Спартак»? Все мы слышали гимн многократных чемпионов России в вашем исполнении, а ведь были и предыдущие эксперименты в этом направлении. Услышим ли мы еще со сцены «Давай поднимем в небо наш красно-белый флаг!»? Расскажите историю появления этих треков.

– Мне позвонил Евгений Хавтан, и это была «проба пера», что касается гимна «Спартака». Он сказал, что есть идея записать гимн для ФК .Спартак.. Он продемонстрировал мне демо, которое, по-моему, было спето группой «Тараканы», причем спето неплохо, задорно, я не знаю, почему оно не прошло… и я согласился попробовать свои силы. Ничего подобного я ранее не делал, и было интересно.

Я не удивлен, что это не стало основным гимном. Я не знаю судьбу этого гимна, и у меня нет даже записи…

Позднее позвонил Виктор Дробыш и вышел с тем же предложением, сказав, что он сочинил гимн, немного другой, как и просил ФК .Спартак., более распевный и мелодичный. Никаких договоров и особых условий также не было. ФК .Спартак. был моим любимым клубом, и я с удовольствием согласился…

– Сейчас «Кипелов» работает над новым материалом. Одна из новых песен – «Косово поле» – уже взорвала Интернет. Как вы относитесь к тому, что поклонники знакомятся с вашим творчеством по записям с телефонов true-fans-only? Не преследуете ли вы распространение подобных пиратских записей? Например, на концертах ряда популярных рок-групп действует запрет на фото- и видеосъемку в зале.

– На самом деле, мы с этим смирились, так как глупо бегать за фэнами и запрещать, сейчас у каждого есть по нескольку телефонов, фотоаппаратов – это так же, как ветер запретить, он дует и дует. И когда появляются записи – это иногда, может, не очень приятно, но с другой стороны это мобилизует тебя – любая твоя неточность налицо, все это заставляет задуматься, что и как ты делаешь на сцене.

– Продолжая разговор о дальнейших планах группы «Кипелов», скажите, новый альбом увидит свет на материальных носителях или интернет-пиратство убило CD?

– Трудно загадывать, будет ли это полноценный альбом или мы ограничимся выпуском сингла. Мне как-то ближе история с CD, т.к. с Интернетом я не особо дружен. Были даже мысли вообще отказаться от выпуска альбома, и новые песни люди будут слушать только на концертах. Причем, ведь одно исполнение от другого может отличаться, может быть спето с разным настроением… это интересно. Но я думаю, в ближайшее время мы поймем ситуацию.

 

Беседовал Тимофей Щербаков

 

Pismo